пятница, 10 мая 2013 г.

Художник Геннадий Добров

Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его "Автографы войны"Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его  

   Довольно тяжелая тема про людей, которые прошли вторую мировую войну. Но тем, кто живет в мирное время - стоит прочитать и подумать.
   Они жили в Валаамском интернате для инвалидов войны и труда. Первых «подопечных» завезли туда в 1950 году. Условия жизни были очень тяжелыми: электричество, например, провели только в 1952-м.       Директор интерната – Иван Иванович Королев – называл себя «Король Валаама» и считал себя вправе беспрепятственно распоряжаться всем и всеми. Он, например, отбирал у пациентов их ордена и медали и носил их сам; утверждал, что имеет звание «Герой СССР» (что не соответствовало действительности).


 
   Медицинский уход был никакой. Персонал, как правило, пьянствовал. Часто лежачих больных «забывали» переворачивать, и в их пролежнях заводились черви.

   Но больше всего мучило людей чувство брошенности, ненужности. Были случаи самоубийства. Однажды инвалид ухитрился на культях рук и ног взобраться на монастырскую колокольню. Внизу его товарищи играли в домино. Он крикнул: «Ребята, поберегись!» (в таком состоянии человек подумал о других!) – перевалился через проем и полетел вниз…

   Самым страшным местом в интернате считался бывший Никольский скит. Там содержались люди, потерявшие разум и память, а также так называемые самовары: инвалиды без рук и ног. Были случаи, когда таких «самоваров» санитары выносили «погулять» - развешивали в корзинах на ветвях деревьев. Иногда и «забывали» их там на ночь. В холодную погоду, бывало, люди замерзали…
  
   Когда Добров приехал на Валаам, Королев долго изучал его сопроводительные документы и нехотя разрешил рисовать инвалидов. Но строго запретил посещать Никольский скит. Однако Геннадий пробрался и туда.

   Там он и увидел его. Спеленутый человеческий обрубок лежал на кровати и смотрел на художника чистыми, ясными глазами… «Кто это?» - спросил Добров санитара. «Неизвестный. После ранения потерял и слух, и речь, а документов при нем не было».


   «Неизвестный», - так и назвал этот рисунок Добров.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

  Позже удалось вроде бы выяснить (но лишь предположительно), что это был Герой СССР Григорий Волошин. Он был летчиком и выжил, протаранив вражеский самолет. Выжил – и просуществовал «Неизвестным» в Валаамском интернате 29 лет. В 1994 году объявились его родные и поставили на Игуменском кладбище, где хоронили умерших инвалидов, скромный памятник, который со временем пришел в ветхость. Остальные могилы остались безымянными, поросли травой…
 



   Кроме «Неизвестного» Добров нарисовал в Валаамском интернате еще 4 портрета.

   Разведчик Виктор Попков

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 
 


 
 
  Защитник Ленинграда

  Пехотинец Александр Амбаров, защищавший осажденный Ленинград. Дважды во время ожесточенный бомбежек он оказывался заживо погребенным. Почти не надеясь увидеть его живым, товарищи откапывали воина.    Подлечившись он снова шел в бой.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 

   
 
Возвращение с прогулки

Разведчица Серафима Комиссарова. Сражалась в партизанском отряде в Белоруссии. Во время выполнения задания зимней ночью вмерзла в болото, где ее нашли только утром и буквально вырубили изо льда.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 
 
 
 
Лейтенант Александр Подосенов

В 17 лет добровольцем ушел на фронт. Стал офицером. В Карелии был ранен пулей в голову навылет, парализован. В интернате на острове Валаам жил все послевоенные годы, неподвижно сидящим на подушках. На рисунке хорошо видны страшные отверстия - входное и выходное - в его голове.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 
 
 
 
 Остальные портреты инвалидов-героев нарисованы Добровым в других местах.
 
 
 
Рассказ о медалях

Рядовой Иван Забара. Ощупью движутся его пальцы по поверхности медалей на груди. Вот они нащупали медаль «За оборону Сталинграда» «Там был ад, но мы выстояли», - сказал солдат. И его словно высеченное из камня лицо, плотно сжатые губы, ослепленные пламенем глаза подтверждают эти скупые, но гордые слова.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Партизан, солдат Виктор Лукин, Москва

Сначала воевал в партизанском отряде. После изгнания фашистских оккупантов с территории СССР сражался с врагами в армии. Война не пощадила его, но он остался по-прежнему твердым духом.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Михаил Казатенков

Когда художник рисовал его, солдату исполнилось 90 лет. В трех войнах довелось ему участвовать: русско-японской (1904-1905 гг.), Первой мировой (1914-1918 гг.), Великой Отечественной (1941-1945 гг.). И всегда он сражался храбро: в Первую мировую награжден двумя Георгиевскими крестами, за борьбу с германским фашизмом получил орден Красной Звезды и несколько медалей.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Незаживающая рана

Солдат Андрей Фоминых, Южно-Сахалинск, Дальний Восток. В ожесточенном бою был тяжело ранен, рана так и не зажила. Мы видим дренажный свищ, за которым сам инвалид ухаживает.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Георгий Зотов, село Фенино Московской области, инвалид войны

Листая подшивки газет военных лет, ветеран мысленно вновь обращается к прошлому. Он вернулся, а сколько товарищей осталось там, на полях сражений!

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Поздравления друзей с Днем Победы

Василий Лобачев оборонял Москву, был ранен. Из-за гангрены ему ампутировали руки и ноги. И стал бы он совсем беспомощным, если бы не жена Лидия, тоже во время войны потерявшая обе ноги. А так зажили, поддерживая друг друга и даже родили двух сыновей. Счастливцы – по сравнению с другими!

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Опаленные войной

Фронтовая радистка Юлия Еманова на фоне Сталинграда, в защите которого она принимала участие. Простая деревенская девушка, добровольцем ушедшая на фронт. На ее груди высокие награды СССР за боевые подвиги – ордена Славы и Красного Знамени.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
 
Обед

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Михаил Гусельников, Омск

Рядовой 712-й стрелковой бригады, Ленинградский фронт. 28 января 1943 года во время прорыва блокады Ленинграда солдат получил ранение в позвоночник. С тех пор - прикован к постели.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Алексей Чхеидзе, моряк. Деревня Данки Московской области

Принимал участие в штурме Королевского дворца в Будапеште зимой 1945 года. Группа морских пехотинцев по подземным галереям проникла во дворец и не позволила фашистам взорвать этот памятник мировой архитектуры. Шедевр был спасен для человечества, но его спасители почти все погибли. Алексей Чхеидзе, чудом выживший, перенесший несколько операций, с ампутированными руками, ослепший, почти полностью потерявший слух, но находивший в себе силы шутить: он с иронией называл себя «человеком-протезом». Написал книгу «Записки дунайского разведчика».

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
Ветеран

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
 
Отдых в пути

Солдат Алексей Курганов, село Такмык Омской области. Фронтовыми дорогами он прошагал от Москвы до Венгрии и там был тяжело ранен: лишился обеих ног.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
 
Письмо однополчанину

Владимир Еремин, поселок Кучино Московской области. Лишенный обеих рук,не только научился писать, но и окончил после войны юридический техникум.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны 

 
 
 
 
Михаил Звездочкин, командир артиллерийского расчета 

Скрыл инвалидность (паховая грыжа) и ушел добровольцем на фронт. Войну закончил в Берлине.

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 
 

 
 Воздушный десантник Михаил Кокеткин, Москва

 В результате тяжелого ранения лишился обеих ног. Но не смирился с инвалидностью, окончил институт и долгие годы работал в Центральном статистическом управлении РСФСР. За героизм на фронте был награжден тремя орденами, за мирный труд у него тоже орден – «Знак почета».

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 

   
   
 
 
Фронтовые воспоминания

Борис Милеев, Москва. Потерял на войне руки, но не смирился с судьбой инвалида. Сидеть без дела он не мог, научился печатать на машинке и много лет трудился, выполняя машинописные работы. Художник изобразил его печатающим фронтовые воспоминания.

Невольный трепет охватывает, когда смотришь на этих людей. Пусть война оставила на них свои страшные «автографы», но сколько в этих лицах достоинства, сколько величия! Римские цезари-военачальники, как сейчас принято говорить, нервно курят в коридоре…

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 
 
 

 
   Портрет женщины с сожженным лицом

   Эта женщина не была на фронте. За два дня до войны ее любимого мужа-военного отправили в Брестскую крепость. Она тоже должна была поехать туда чуть позже. Услышав по радио о начале войны, она упала в обморок – лицом в горящую печь. Ее мужа, как она догадалась, уже не было в живых.

Когда художник рисовал ее, она пела ему прекрасные народные песни…

Художник Геннадий Добров и его Автографы войны
 
 
 
 
 «…Тему страдания людей, переживших и не переживших войну, Геннадий Добров продолжил в большой серии рисунков «Реквием», выполненных им в 1994 г. в Польше и Чехии. Дотошно обследуя с карандашом в руках все уголки и закоулки бывших фашистских концлагерей, работая в фондах музеев Освенцима, Майданека, Штуттгофа, Гросс-Розена и Ламсдорфа в Польше, а также Терезина в Литомержицах в Чехии, художник создал уникальную документальную коллекцию рисунков. Здесь нет портретов, как в серии «Автографы войны», но вещи, оставшиеся от убитых, виселицы и печи говорят сами за себя.… Это памятник страданиям людей нашего поколения». 
 
Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его
 
Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его
 
В Штуттгофе у газовой камеры
 
 
 
Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его
 3 религии ХХ века
 
Печи, газовые камеры, трубы крематориев, огромные саркофаги с костями… - по изощрённости насилия и безумию уничтожения друг друга «просвещённая христианская» Европа ничем не уступала «дикому» Востоку.
 
Танго смерти
 
 
 
 
 Художник Геннадий Добров (1937 - 2011) и его
   Бараки. Плац. И музыканты. 
   Яновский лагерь. Смерть людей. 
   Под музыку велели оккупанты 
   Стрелять в людей. Так веселей! 
   
   Над серым плацем скрипки зарыдали, 
   В бараках люди, цепенея, ждали. 
   Опять расстрел! Вгрызалось в души "танго". 
   О, "танго смерти", "танго смерти"! 
   Пощады - нет. 
   
   Два года - двести тысяч павших. 
   Под "танго смерти" шёл расстрел. 
   И музыкантов, порохом пропахших, 
   Ждал скорбный, как и всех, удел. 
   
   Над серым плацем скрипки зарыдали, 
   В бараках люди, цепенея, ждали. 
   Опять расстрел! Вгрызалось в души "танго". 
   О, "танго смерти", "танго смерти"! 
   Пощады - нет. 
   
   Остались сорок оркестрантов, 
   Играют "танго". Их черёд! 
   Под громкий смех и говор оккупантов, 
   Раздевшись, падают на лёд. 
   
   Над серым плацем скрипки не рыдали... 
   ... 
   
   Фашистов вышибли и смяли, 
   Но на Земле фашизм живёт. 
   И где-то вновь стреляют, как стреляли... 
   Людская кровь течёт, течёт... 
   
   Над всей Землёю скрипки всё рыдают. 
   Под звёздным небом люди умирают... 
   Опять расстрел! Терзает души "танго". 
   О, "танго смерти", "танго смерти"! 
   Забвенья - нет! 
   Лариса и Лев Дмитриевы 
   
 
 
Яновский (концентрационный лагерь) — концентрационный лагерь, организованный нацистами в сентябре 1941 года на окраине г. Львова (СССР, сейчас Украина). Немецкое название Janowska получил из-за того, что он находился на улице Яновской, 134 (сейчас улица Шевченко). Действовал до июня 1944 года. Здесь было уничтожено от 140 до 200 тысяч евреев, поляков, украинцев.
Во время пыток, истязаний и расстрелов, всегда играла музыка. Оркестр состоял из заключённых, они играли одну и ту же мелодию — «Танго смерти». Автор этого произведения остался неизвестным. В числе оркестрантов были — профессор Львовской государственной консерватории Штрикс, дирижёр оперы Мунд и другие известные еврейские музыканты.
Фото оркестрантов было одним из обвинительных документов на Нюрнбергском процессе, во время повешения оркестру приказывали исполнять танго, во время пыток — фокстрот, а иногда вечером оркестрантов заставляли играть под окнами начальника лагеря по несколько часов кряду.
Накануне освобождения Львова частями Советской Армии, немцы выстроили круг из 40 человек из оркестра. Охрана лагеря окружила музыкантов плотным кольцом и приказала играть. Сначала был казнён дирижёр оркестра Мунд, дальше по приказу коменданта каждый оркестрант выходил в центр круга, клал свой инструмент на землю, раздевался догола после чего был казнён выстрелом в голову.
Попытка восстановить звучание этого "Танго смерти" не увенчалась успехом - ноты не сохранились, а несколько уцелевших узников при попытке воспроизвести мелодию по памяти впадали в транс или заходились в рыданиях. Предполагают, что это могло быть популярное польское танго «Та остатня недзеля», с русскими словами ставшее песней «Утомлённое солнце».
 
 

http://www.webpark.ru/comment/hudognik-gennadiy-dobrov-i-ego-avtografi-voyni
http://gennady-dobrov.ru/

 

Комментариев нет:

Отправить комментарий